Ах, ресторан «Самянг» в Ташкенте начала 90-х – это вам не просто заведение, а целая эпоха! Представьте себе: частный ресторан в те времена, когда у нас в магазинах было так пусто, что даже тараканы ходили с протянутой рукой и спрашивали: «А что у вас поесть-то есть?» И тут появляется «Самянг» — словно оазис в пустыне дефицита. Меня туда пригласил однокурсник – наверное, подумал, что я уже достаточно голоден не только до знаний, но и до приключений.
Владельцем был Лян Валерий Алексеевич – человек с таким талантом менеджера, что он мог бы продать песок бедуинам и при этом заставить их просить добавки. Секрет его успеха?
Он не просто говорил «в сервисе мелочей нет», он жил этим. Персонал был под стать: от одежды и прически до манеры говорить и подачи блюд – все строго по учебнику этикета с элементами кунг-фу. Однажды я услышал, как официант тихонько шепнул клиенту: «Сегодня у нас салат 99… почти вся таблица Менделеева в одном блюде!» Клиент посмотрел на него как на волшебника Гарри Поттера – мол, где тут волшебная палочка?
А про снабженцев вообще отдельная история!
Если привезли продукты плохого качества – хозяин заставлял их платить из своего кармана! Представьте себе ситуацию: поставщик сидит дома вечером, ест свою же буженину и думает: «Ну вот теперь точно буду лучше работать… или пойду в цирк клоуном.»
Музыканты тоже были на высоте – лучшая молодая группа с приглашенной первой скрипкой из оркестра Ташкента.
В ресторане настолько уважали чистоту посуды, что даже была женщина-натирщица, которая могла довести вилку до такого блеска, что по ней можно было читать газету (если бы кто-то читал газету через вилку).
Клиенты приезжали на машине – их встречал специальный работник, который предлагал помыть авто (даже если оно было чистым), провожал к входу. Гардеробщик ловко снимал верхнюю одежду (порой так быстро, что клиенты думали: «Это фокус?»).
Метрдотель же приглашал к столику с такой грацией и вниманием, что казалось: ты попал не просто в ресторан, а на королевский бал.
Еженедельные собрания персонала проходили в настоящем стиле «сталинских пятилеток». Шеф начинал с жестких выговоров – увольнения были делом обычным. Но ближе к концу встречи атмосфера смягчалась шутками так искусно, что даже самый упрямый официант уходил домой с улыбкой и желанием горы свернуть… или хотя бы пару тарелок не разбить.
Меню ресторана было настолько богато и разнообразно для тех времен, что иностранцы приезжали специально ради него.
Россияне удивлялись и говорили: «В Париже такого сервиса нет!» А мы им отвечали: «Ну давайте к нам на чай!» Холодные закуски включали икру черную и красную (да-да!), окорок, язык и даже бастурму — прямо как на советском застолье у генерала. Особенный салат 99 стал легендой; женщины любили его за обещанный омолаживающий эффект — ведь кто устоит перед салатом с почти всей таблицей Менделеева? Говорят даже одна дама после третьей порции решила стать химиком.
Первое блюдо поражало разнообразием — борщ соседствовал с окрошкой и фирменным супом Сеул из говядины.
Вторые блюда? Тут были манты так нежны, что таяли во рту быстрее мороженого летом в Ташкенте; а цыплята по Сычуаньски — рулеты из куриного филе с орехами — стоили целых 20 рублей!
Для сравнения: тогда можно было купить пачку сигарет за полторы рубля… если бы они были в продаже.